Люминография, люминографика, люминограффика, lumiprinting, luminografia, luminography

Статьи

 Новости
 Манифест
 Устав
 Участники
 Выставки
 Публикации
 Статьи
 Мифология
 Наше Видео
 ТВ о Нас
 Все Новости
 Контакт


Световидение Вселенной или Парадоксы Люминографии

Люминография – это тема, выходящая далеко за пределы Солнечной Системы. По-видимому, это самая всеохватная тема в искусстве всех времен и народов.
В то же время герои и объекты люминографии – это простые фотоны, кванты видимого света, которые несчитанными количествами носятся по Вселенной и вокруг нас. И некоторые из них создают в нашем восприятии образ этого мира, «этого света», как говорили наши предки.

Михайлуца люминография люминографика люмино-графика luminografia luminography lightpainting light-painting
Владимир МИХАЙЛУЦА "Звездный лев"


А вот еще парадокс.
Сегодня достаточно набрать в поисковике интернета всего три буквы «л…ю…м…» , как поисковик сам подсказывает: «люминография». И первым в перечне сайтов открывается «Сайт люминографического общества Санкт-Петербурга».
А ведь петербургской люминографии нет еще и двух лет.
Она еще только делает свои первые эксперименты в области авангардного световидения.
Возможно, это чудо практически мгновенного контакта петербургских люминографов с миром объясняется тем, что художники-световидцы вышли к зрителю в тот момент, когда зрители уже ждали чего-то, достойного столетия эпохи авангарда – и оправдали ожидания зрителей сполна.

ЗИЗЮЛИН люминография люминографика люмино-графика luminografia luminography lightpainting light-painting
Сергей ЗИЗЮЛИН


Парадокс люминографического авангарда в том, что люминографы – это обычные в быту люди, которые используют обычные фотокамеры и компьютеры, знакомые сегодня каждому.
В чем же уникальность люминографов? В их особенном световидении – творческом методе превращения видимого света в люминографическое произведение визуального искусства.
Нам выпало быть свидетелями-очевидцами того, как из технической революции конца ХХ-го – начала XXI века рождается новый социум, объединенный интернетом и мобильной телефонией – и новый арт-авангард.
Если авангард-ветеран был «аналитическим искусством», деконструирующим классическое наследие в атмосфере революций и войн, то новый авангард абсолютно чужд разрушению – он синтезирует новинки нового мира в новую арт-идею световидения, рождает фейерверк произведений свежих и неожиданных – и при этом притягательных, отвечающих уже сформировавшемуся запросу зрителя (а не пугающе-эпатирующих, как произведения Первого Авангарда начала ХХ в.)

Казачек люминография люминографика люмино-графика luminografia luminography lightpainting light-painting
Алексей КАЗАЧЕК


Нынешнему культурному зрителю не нужен «культурный шок».
Однообразный шок-конвейер СМИ уже зашокировал до отупения.
Сегодня мы хотим видеть «креативность» в чистом виде – вышел в интернет и насмотрелся «креативности» своих талантливых спутников по полету в космосе на земном шаре.
Креативность – это удивительное свойство таланта создать нечто интеллектуально и/или эстетически ценное из как бы ничего, то есть из того, что дано (и лучше, когда дано бесплатно или по разумной цене).
Можно сказать, что нынешняя «креативность» - это как бы вдруг чудом оживший, расцветший и расщедрившийся вчерашний «концептуализм», который был похож на Плюшкина, предлагающего в качестве арт-новинки огрызок заплесневелого сухарика.
Со времен Гоголя, Гегеля и Гете геморроидальный концептуализм так и не стал любимцем публики: «Суха теория, ага, а древо жизни вечно зеленеет».
Во всяком случае, и сегодня мы предпочитаем созерцать не рыбью кость «концепции», а пышнозеленую ¸лку жизни, да еще в мандаринах и в лампочках.
Художники тоже не прочь радовать нас сочными плодами своей креативности, но хотят минимизировать затраты побочного труда за счет современных технологий, что естественно для нас, живущих в ХХ в.
Так получилось, что Наука и Техника, два основных персонажа, точнее, две стихии современной аполитичной мифологии, подготовили это удивительное взаимопонимание художников нового авангарда и огромной аудитории интернета (которая сегодня заменила собой «массового зрителя» прошлого века).
Наука и Техника изменили взгляд человечества (состоящего из художников и зрителей) на Свет во всех смыслах этого многозначного слова.
Причем Наука (она же «суха теория») сыграла как бы «негативную роль» роль «кнута» в прогрессе световидения.
Ведь Наука сегодня считает, что мироздание состоит из двух материй – светлой и темной. И на долю светлой материи приходится лишь пять процентов всей материи.
Вам не кажется, что эта «темная материя» ужасно пахнет нафталином «марксизма-ленинизма» и «сатанизма»?
Все-таки насколько креативнее поэтическая мифология креационизма, то есть авторского творчества:
И сказал Бог: да будет свет. И стал свет.
И увидел Бог свет, что он хорош, и отделил Бог свет от тьмы.
И назвал Бог свет днем, а тьму ночью.

И никаких «темных материй».
Возможно, этот объявленный Наукой удручающий дефицит светлой материи во Вселенной и напомнил потребителям-землянам о бесценности как света, так и нашей способности видеть его воочию.
Ведь даже как потребители, мы – зрители, зрители и зрители прежде всего.
Мы пожираем этот мир глазами большую часть жизни, с утра до вечера – и не насыщаемся, и не устаем!
Скажем прямо, вопреки старинному драматургу: весь мир – это светопредставление, а большинство людей в н¸м – зрители, чей вклад во вселенский хэппенинг довольно скромен, а вот потребление света в виде зрелищ, изображений, картинок – огромно.
Зачем зрителю – особенно жителю Города Белых Ночей - темнота и тем более «темная материя» с «сухой теорией» академика Плюшкина?
Даже в городах, не знающих белых ночей, ночами не гаснет свет – и не дай бог ему погаснуть.
Человек-зритель – человек светский, ему нужен свет и просвещение, он хочет видеть и знать. И большинство из нас предпочитают узнавать новое самым любимым способом – «лучше один раз увидеть».
А уж наши возможности увидеть свет и показать увиденное свету растут с каждым днем: фотоаппараты с каждым днем лучше и дешевле, домашние компьютеры и серверы интернета уже набиты фотографиями – и это только начало.
Возможно, скоро не останется людей-нефотографов, и обмен фотографиями (буквально «световыми записками» или «фотонными письмами») станет нормой общения.
Так всеобщее фотографирование одновременно меняет и мир и видение мира человеком, дает каждому больше света, просвещает так, как и не мечталось святителям Средневековья, светлейшим Ренессанса и просветителям Барокко (ликбезовцы Культпросвета уже сделали фотографию служанкой пропаганды).
Но максимум светлой материи открыл человечеству запущенный на орбиту Земли фотоаппарат «Хаббл».
Эта чудо-техника подарила землянам поистине грандиозные образцы люминографии, где в каждом пикселе – сонмы солнц.
Взгляните на фотографии, сделанные «Хабблом» - и вы согласитесь, что люминография как искусство родилась в тот момент, когда были произнесены священнодейственные слова "Fiat Lux!".
В дивных фотографиях сияющих «туманностей» пресловутый «Большой взрыв», надуманный «сухой теорией» (для которой фонтаны фотонов – это «туманности»), предстает праздничным фейерверком в честь рождения самого Света.
Причем картина этого рождественского фейерверка записана ее Автором голографически, т.е. в толще самого пространства-времени, настолько огромного-колоссального, что в нем как бы застыли, как бы увязнув в желатине фотоэмульсии, летящие во все стороны с безумной скоростью вечно юные фотоны, которым уже неизвестно сколько лет.
С точки зрения художника и зрителя, Вселенная состоит из света и зрелищ, порождаемых светом, а также из нашей способности видеть это светопредставление непосредственно или на фотографиях (фильмы также состоят из фотографий).
С точки зрения художника и зрителя сегодня миром владеет не мрачная «Матрица» темной материи, а сетчатка глаза и матрица цифрового фотоаппарата, которая ловит фотоны жизни в кристалл памяти, и тем самым бесконечно умножает объем жизни каждого из нас - путем наполнения нашей памяти фотонными образами.
Через фотографию чье-то световидение становится частью нас самих.
Любой фотоснимок (как и любое человеческое деяние) неизбежно включает в себя некий объективно-субъективный компонент «авторства».
Нацелить фотоаппарат и вовремя нажать на кнопку – это простейший акт, дающий каждому возможность блеснуть божьей искрой креативности.
Из этой минимальной креативности в трудах и муках вырастает мастерство, а из мастерства – искусство, та удивительная альтернативная реальность, которая делает художника творцом, в чем-то равным Творцу фейерверка фотонов, освещающих наш мир.
Люминограф создает свое произведение, управляя самим светом и способами его улавливания матрицей фотоаппарата. А затем как бы проявляет свое световидение с помощью «Фотошопа», как бы раскодируя электроны памяти фотоаппарата в пиксели окончательного изображения.
«Фотошоп» - это самый авангардный творческий инструмент за всю историю человечества. Он придал творческому процессу создания изображения невиданную фантазийную мощь.
Сегодня мы понимаем, что наш глаз видит только точки-пиксели, а картинку строит «фотошоп» мозга в соответствии с реалистической (как бы зеркальной) или творческой (фантазийной) программой (установкой) нашего сознания.
Сегодня мы видим, что гениальные полотна Павла Филонова написаны пикселями, а «Черный квадрат» Малевича изображает всего лишь потухший пиксель монитора.
Сегодня мы знаем, что отражения реальности и отражения воображения существуют в нераздельном симбиозе в нашем восприятии.
То есть все, что мы видим – это фотография реальности, искаженная особенностями нашего глаза-фотоаппарата, и восстановленная нашим воображением-художником в абсолютно «темной комнате» черепной коробки.

ЗИЗЮЛИН люминография люминографика люмино-графика luminografia luminography lightpainting light-painting
Сергей ЗИЗЮЛИН

Сегодня философски строго разделить понятия «фотограф», «художник» и «зритель» просто невозможно.
Даже фотоснимки «Хаббла», которые мы видим в интернете, не являются, так сказать, бездушными продуктами действий некоего робота, управляемого неким инженером.
Ведь кто-то, как минимум, наводит объектив этого космофотоаппарата, выбирает фильтры, корректирует цвета с помощью того же «Фотошопа», кадрирует снимок, определяя, где там «верх», где «низ».
Этим заведует проект «Наследие Хаббла» (The Hubble Heritage), задача которого – «публикация наиболее эффектных изображений, полученных телескопом. Галереи проекта содержат не только оригинальные снимки, но и созданные на их основе коллажи и рисунки».
Как видим, даже тут, казалось бы «на переднем крае науки», собственно Наука задвинута куда-то в темную материю, а эффектными изображениями светлой материи распоряжаются Арт и Коммерция.
И вряд ли кого-то волнует, что люминограммы «Хаббла» не вполне «документальны» от того, что обработаны «Фотошопом». Главное – они впечатляют как фантастические виды сияющего перед глазами Дальнего Космоса.
И такое же впечатление космичности производят многие работы люминографов - как будто изображение создано в необычном пространстве причудливыми облаками и потоками разноцветно-сияющих фотонов.
Необычность световидения люминографа заметна даже на тех фотографиях, которые по характеру изображения похожи на обычные фотографии.
В общем же подход люминографии к свету при создании изображения прямо противоположен подходу обычной фотографии. По сравнению с люминографией обычную фотографию, с точки зрения зрительского восприятия, можно назвать «тенеграфией», так как изображение строится именно тенями, аналогично моделированию объемов тенями в графике.
На классических фотографиях «чистый свет» обычно присутствует только в точечных бликах.
Впрочем, видимые отличия люминографии от «просто фотографии» видны и без пояснений.
Гораздо важнее сказать о том, что люминография освободила, наконец, искусство фотографии от древнего, но затянувшегося заблуждения, будто «фотограф отражает мир таким, какой он есть».
Любой фотограф видит мир как художник (даже если это плохенький фотограф и художник), потому что наше видение обусловлено воспитанием, а наш мозг ищет в зрелище смысла и/или красоты.
А смысл и красота не могут возникнуть случайно – они продукты деятельности нашего сознания, воспитанного культурой.
Художники уже сто лет назад окончательно избавили зрителей от заблуждения насчет того, что художник «отражает мир таким, какой он есть».
А в рассуждениях о фотографии до сих пор еще присутствует миф «документальности», которым зомбировали зрителей фотографы-газетчики XIX-ХХ вв.
Не секрет, что так называемые репортеры (т.е. пропагандисты и рекламщики) всегда имитировали «естественность» фотографий, зачастую просто срежиссированных.
Немногим честным принципиальным фотографам удавалось делать фотографии одновременно «честно-документальными» и «художественными». Но сегодня их подвиг могут оценить немногие, так как патина прошедшего времени придала всем старым фото антикварную ауру, и постановочные снимки тоже стали вполне документальными «свидетелями эпохи».
Но поскольку этой «документальности» нельзя верить, пропагандистские изделия прошлого сегодня оцениваются преимущественно по эстетическим критериям.
Этот кризис «документальности» проявляется, в частности, в том, что сегодня огромное количество зрителей считают, будто проект «Астронавты на Луне» тоже был арт-пропагандистским проектом и критикуют его именно как технически несовершенную попытку создать иллюзию документа с помощью декораций и трюковых фото- и киносъемок.
Да, зритель XXI века, вкусивший интернета – это не наивный «массовый зритель» века ХХ-го.
Во многом именно в этом причина кризиса современного искусства, а точнее, изрядной доли современных художников, которые на самом деле несовременны, то есть не симультанны, несинхронны, неадекватны удивительному времени, в котором мы живем.
Зритель сегодня, как правило, далек от совершенства как личность, как деятель. Да и никто не может быть совершенным во всем. Но сегодняшний зритель, истинно современный зритель – это тонко настроенный сканер, требующий от художника особого «качества картинки», чтобы признать ее за искусство.
Обобщенно и кратко сформулировать требования зрителя к художественной «картинке» так же трудно, как формализовать требования футбольного болельщика к искусству футбола.
Дело в том, что зритель ждет от встречи с искусством неожиданного, «нечаянной радости».
И это ожидание зрителем чего-то неожиданного (чуда, проще говоря) не должно быть обмануто художником.
Артистизм художника состоит в том, чтобы, удовлетворив «список основных требований» к произведению искусства, подарить зрителю нечто сверх того, то, чего зритель, вроде бы, и требовать не вправе, но без чего встреча с искусством не радует.
Если сам художник (а художник – это профессиональный зритель) не испытал нечаянной радости долгожданной неожиданности от своего произведения – то стоит ли показывать его зрителю?
Это простой и честный способ для художника избежать презрения обманутого зрителя.
Люминографы одаривают «насмотренного» зрителя совершенно неожиданными, свежими, светлыми произведениями-подарками, радующими и глаз, и душу. Этим и объясняется то, что внезапно вспыхнувшее, как сверхновая звезда, авангардное направление в фотографии принято большинством зрителей сразу и с благодарностью.

Владислав Кузнецов
2009-05-07


Все выставленные на этом сайте фотографии и текстовые материалы участников люминографического общества защищены авторскими правами. При использовании и публикации ссылка на сайт обязательна. © Copyright 2007-2013

Председатель Санкт-Петербургского Люминографического общества:
Михайлуца Владимир
E-mail: luminografia@gmail.com
Яндекс цитирования